«2019 — первый год начала важных перемен в России» — Росбалт

Александр Кынев, политолог:

«Главные события года — это московские протесты и „московское дело“. Я абсолютно убежден, что это — „события номер один“ и они будут носить фундаментальное значение на много лет вперед. Это Рубикон — и с точки зрения эволюции гражданского общества, и с точки зрения появления новой оппозиции. Мы имеем сегодня целый ряд людей, которые ранее не имели общероссийской известности. Последствия проявятся в самых разных областях.

Кроме этих протестов и „московского дела“, нужно обязательно вспомнить и „дело Ивана Голунова“, которое было немного раньше.

Я думаю, что и избрание Владимира Зеленского президентом Украины, конечно, крайне важно для России. Это символическое событие. Это фактически тотальная смена элит, которая происходит в стране, с которой мы тесно связаны и которая воспринимается многими как объект для подражания. В случае успеха Зеленского это будет очень мощным аргументом в пользу смены политической элиты и в России. Все это понимают, и поэтому, наверно, российская власть настолько не хотела успеха Зеленскому. Кроме этого, нужно вспомнить Казахстан и уход Нурсултана Назарбаева — добровольную смену власти в еще одной ближней к нам республике. Это тоже крайне важный случай для постсоветских автократий — когда глава государства уходил бы сам с высшего поста, пусть и сохранив влияние.

Можно упомянуть и волну турбулентности, которая идет по Латинской Америке. Там идут массовые антиэлитные протесты, происходит переформатирование всех традиционных элит в таких странах, как Боливия. Перу. В Эквадоре протесты к отставке не привели, но, безусловно, повлияют на дальнейшую судьбу страны. Можно добавить протесты, недовольство людей в Чили. Произошла смена власти на выборах в Уругвае и Аргентине. В Уругвае уходят левые и приходят правые, а в Аргентине, наоборот, правых снова сменяют левые. Но, в любом случае, практически везде в этом году в Латинской Америке власть проигрывала. Общепротестная волна в разных странах поднимала наверх различные силы, в зависимости от того, кто там был в оппозиции. Там, где у власти были правые — поднялись левые. Там, где были левые, поднялись правые. В целом, это говорит о массовом запросе на перемены, который в каждой стране выражается по-своему, но имеет глобальный характер.

Как показывает опыт, глобальный запрос на перемены, рождаясь в одних странах, оказывает влияние на события во всем мире. Россия сейчас — часть глобального мира, нравится это кому-то или не нравится. Поэтому, думаю, что и до России докатится».

Борис Кагарлицкий, директор Института глобализации и социальных движений, кандидат политических наук:

«2019 год, наверно, был не самым драматичным и не самым — в плане новостей и событий — значимым в истории. Я думаю, что предыдущий год был гораздо более важным и интересным. Но 2019 год определяется именно своим переходным характером. Уже начались некоторые процессы, в том числе, и социальные, и политические, которые разрешатся или дойдут до кульминации в 2020 году.

Это был год, когда еще не случились ожидаемые события. Ну, например, не разразился мировой экономический кризис, хотя его практически весь год ждали. Общая динамика мировой экономики удручающая, но глобальная рецессия так и не началась, хотя весь год мировая экономика балансировала на ее грани.

У нас в стране были достаточно значительные протесты во время московских выборов, но они так и не стали каким-то переломным событием в общественно-политической жизни страны. Если мы говорим о Шиесе, который занимал внимание людей на протяжении большей части года, о сопротивлении строительству мусорного полигона на Севере России, то и здесь мы не видим победы той или иной стороны. Власть не смогла подавить сопротивление, а сопротивляющиеся люди не смогли добиться прекращения стройки.

„Московское дело“, которое продолжается как следствие московских летних протестов, пока еще не завершено, и его окончательные политические итоги подводить рано.

Короче говоря, это был год каких-то незавершенных процессов и промежуточных событий, окончательный смысл которых мы поймем через несколько месяцев или через год.

В 2020 году мы, скорее всего, получим завершение или развитие этих процессов. Мы получим какие-то результаты, которые помогут лучше оценить то, что произошло в 2019 году. Мне кажется, что 2020 год будет гораздо более значимым, гораздо более драматичным и гораздо более масштабным по событиям и процессам, которые мы уже сможем прокомментировать. Если, конечно, доживем до конца года».

Максим Жаров, политолог, социолог:

«В сентябре был проведен единый день голосования, и на этих выборах происходило много интересного. Плюс московские протесты как раз были связаны с проведением выборов в Мосгордуму. Протесты имели международный резонанс и стали очень серьезным сигналом для того, чтобы власть поняла, что нельзя чрезмерно использовать административный ресурс на выборах. Отсекая конкурентов на этапе сбора подписей, с учетом недостатков нашего законодательства, можно столкнуться с тем, что решение принимается по небесспорным основаниям, и это вызывает бурю протестов. И, как мы видим, московские протесты, в конце концов, повлияли на результаты выборов в Мосгордуму. Частично приобрела мандаты оппозиция.

Московской власти пока удается контролировать ситуацию, но для федеральной власти это — сигнал, что нужно быть крайне аккуратной с применением админресурса.

Что касается других событий, то их отсутствие тоже является событием. Например, давно ожидается смена политических поколений в наших партиях, прежде всего в партиях парламентской оппозиции — КПРФ, ЛДПР и „Справедливой России“. Но все осталось по-прежнему, и стагнация политического поля, стагнация партийной системы России продолжается. Это, можно сказать, антисобытие года. Это тоже серьезный знак для властей и для общества о том, что политическая система замерла, и она уже не отвечает настроениям людей. Ее нужно как можно скорее приводить в соответствие с обстановкой, с условиями внешней среды.

С учетом итогов единого дня голосования, наверно, сделаны определенные выводы и по губернаторскому корпусу. Мы видим, что осенняя ротация сразу после ЕДГ не произошла, как это обычно бывает уже в течение нескольких лет — когда после выборов через месяц или полтора идет так называемая плановая ротация губернаторского корпуса. В этом году ее не было, и на мой взгляд, это показатель того, что федеральный центр начал очень аккуратно проводить внутреннюю политику с учетом единого дня голосования, с учетом ситуации в регионах. Работа с регионами сейчас происходит без спешки, без каких-либо резких движений. Эта работа сейчас для федерального центра является крайне актуальной задачей, потому что социально-экономическая ситуация во многих регионах неблагополучная, люди протестуют и все это отражается на рейтинге доверия президенту и правительству, федеральной власти в целом».

Илья Гращенков, директор Центра развития региональной политики:

«2019 — первый год начала важных перемен в России, которые лягут в основу следующего десятилетия 2020-2030. Что мы увидели? Во-первых, власть начала поляризоваться вокруг наиболее важных ее центров. Если „ближний круг“ — вокруг Владимира Путина, с целью осуществить свою мечту и даже после 2024 года сохранить тот же формат управления, во главе с тем же лидером, то прочие элиты — вокруг своих „центров силы“. Тут можно особенно выделить укрепление позиций премьера Дмитрия Медведева, который наиболее полно вписывается в понятие „транзита власти“ как очередной передачи ему рычагов управления основной механикой при сохранении концепции власти в формате устоявшейся „Системы РФ“.

Протесты стихли, либералы перестали генерировать повестку, однако начало накапливаться социальное напряжение, где главной опасностью для власти теперь является она сама, в формате „черного лебедя“. Поэтому 2019 год опасно напоминает 1989, накануне краха СССР, только без попытки Перестройки 2.0, а наоборот, с возвращением к стилистике управления в формате „мета-сталинизма“, эдакого переноса части методик, при их частичном переосмыслении и „цифровой модернизации“. При этом началась явная разбалансировка системы в части региональной и федеральной повесток, когда при необходимости сохранения привычного фасада демократии в виде системного парламента, начали падать рейтинги „партии власти“. И чем меньше рейтинг „ЕР“, а вместе с ней и власти в целом, тем выше рейтинги губернаторов, случайно назначенных, но неожиданно окрепших.

Выборы в Мосгордуму неожиданно обнажили политическую слабость всех этих многомиллиардных финансовых структур, которые не в состоянии предложить избирателю ничего, кроме очередной „похорошеллы“. При резком падении уровня социально-экономического самочувствия люди хотят слышать ответы на конкретные вопросы — зачем нужна пенсионная реформа, почему растут налоги? Но власть на эти вопросы отвечать не собирается, предполагая, что проблему можно решить технологически, „сместив фокус“ и т. д. В этой связи лицом „российский орел“ направлен на другие континенты — США, Европу, Африку и Южную Америку. Внешняя политика продолжает расширяться, при качественном падении уровня подхода к ней, где все больше проектов, но все меньше отдачи от них».

Дмитрий Ремизов

Источник: rosbalt.ru

еще по теме

Добавить комментарий